hilferuf (hilferuf) wrote,
hilferuf
hilferuf

Тегеранские дети

Узнала совершенно новую для себя страницу истории - про "Тегеранских детей".

Оказывается во время раздела Польши между СССР и Германией в 1939 году большое количество еврейских и польских детей, преимущественно сирот и детей польских военных было вывезено в СССР, по которому их возили четыре года, они голодали, многие умирали, даже маленькие дети тяжело работали. Жили на Урале и потом в Самарканде, затем оказались в Тегеране, откуда под конец войны 1000 выживших еврейских детей была вывезена в Израиль.
Узнала от непосредственного участника событий - одного из этих "Тегеранских детей"
Он говорит, что когда они прибыли в Израиль, то их очень радостно встречали, окружили любовью и заботой. Поэтому, когда в кибуц, где он уже став взрослым остался жить, начали прибывать новые репатрианты - он счёл своим долгом "вернуть" полученное в детстве и уже много лет бесплатно помогает всем новоприбывшим обживаться в Израиле.
За такую активность Сохнут брал его на разные конференции, в том числе по странам бывшего союза.
Он очень смешно рассказывал, что когда-то в колхозе на Урале его со старшим братом приставили пасти коров. Одна из коров умудрилась убежать и где-то в лесу зацепиться хвостом об дерево, так что хвост оторвался, за что им потом сильно влетело.
И вот спустя 50 с лишним лет на сохнутовской конференции он оказался в Доме отдыха под Челябинском, ровно на том месте, где они пасли коров. И позвонил своему брату в Израиль "представляешь, я сейчас стою на том самом мостике, где мы были в 1942 году". "Сходи посмотри, может всё-таки найдёшь хвост от той коровы?" ответил ему брат.
На русском языке про эту историю найти сложно, а что находится выглядит не так смешно.
________________________________________
Копирую полностью с сайта Сохнута, потому что не могу найти нормальную ссылку:
"Когда в Израиле говорят о тегеранских детях, это, как правило, не имеет отношения ни к иранским детям, ни к детям еврейского происхождения, рожденным или проживающим в Иране.
Для израильтян, "Тегеранские дети"– это еврейские дети, родом из Польши, оказавшиеся на территории Советского Союза в 1939 году, и, прибывшие в подмандатную Палестину через Тегеран в феврале и в августе 1943 года.
Как известно, в сентябре 1939 польское государство, в котором проживала второе по численности в мире еврейское население, было разделено между нацистской Германией и Советским Союзом. На евреев, оказавшихся на немецкой части, обрушилась вся жестокость нацистского антисемитизма. Нацисты грабили евреев, издевались над ними, подвергали их пыткам и издевательствам, изгоняли из домов, устраивали погромы.
Все познается в сравнении. Тогда, в отличии от четко спланированного тотального уничтожения евреев, начавшегося со вторжения в СССР 22 июня 1941г., убийства евреев еще были спонтанными, и расстрелы еще не столь массовыми
В течение сентября 1939 года около 300.000 беженцам удалось переправиться на восток, на территорию Советского Союза.
В СССР беженцам из Польши было предложено принять советское гражданство, но большинство отказалось .
В результате, в начале 1940 года началось варварское переселение беженцев из Польши в Сибирь, куда они долгими неделями следовали в вагонах для скота. После нападения Германии на Советский Союз 22 июня 1941 года, была объявлена амнистия польских граждан. Большая часть из них вместе с потоком эвакуированных направилась в республики Средней Азии. Их бегство осложнялось голодом и холодом, страданиями и болезнями. Их нещадно эксплуатировали, заставляя за кусок хлеба тяжело работать в колхозах. Даже дети 4-6 лет были вынуждены работать в полях, собирая овощи и хлопок. Многие дети осиротели.
В 1942 году правительство Польши в изгнании и Советское руководство пришли к соглашению об эмиграции 24.000 польских беженцев (планировалось, что они войдут в состав армии Андерса). Вместе с солдатами эмигрировало около 11 тысяч гражданских лиц, в том числе, 3000 детей. Среди эмигрантов была и тысяча еврейских детей, в основном сирот, и 800 взрослых евреев. Меньшая часть детей прибыла с одним из родителей, лишь у немногих были живы и отец, и мать.
Родители многих из этих детей оставались на территории Советского Союза. В отчаянии, пытаясь спасти детей, родители сдавали их в польские сиротские дома, под опёку католиков - монахинь и священников. Некоторым из этих детей также удалось добраться до Тегерана. В Самарканде был организован еврейский детский дом для беженцев из Польши.
С апреля по август 1942 года, будущие "Тегеранские дети" следовали на поездах из Самарканда в Красноводск, и оттуда вся эта группа через Каспийское море добралась до Тегерана - через Иранский портовый город Пахлеви, расположенный на восточном побережье Каспийского моря. Не всем детям удалось доехать до Тегерана. Часто еврейских детей, следовавших вместе с поляками, выбрасывали из вагонов. Некоторые дети умерли от болезней.
После прибытия детей в Иран взрослые еврейские беженцы с помощью членов местной еврейской общины организовали еврейский детский дом.
Узнав об организации еврейского детского дома, активисты еврейских молодежных движений по своей инициативе обращались в представительство Еврейского Агентства в Тегеране с просьбой позволить им работать с детьми. Некоторые из них работали в еврейском детском доме еще в Самарканде.
После долгих скитаний дети находились в ужасном состоянии.Они привыкли вести жестокую борьбу за выживание, воровать и спекулировать. Дети потеряли веру в людей, были травмированы и затравлены, больны физически, а некоторые и психически. Многие страдали от цинги, инфекционных и кожных заболеваний, глазных болезней. Они носили с собой мешочки с сушеным хлебом, не выбрасывали старое тряпье, и не носили выданной им новой одежды. Дети спекулировали полученными вещами на черном рынке, и всегда держали при себе узелки со своими вещами.
Они очень тосковали по своим родным, и очень преданно относились к своим родственникам и друзьям, особенно знакомым по "прошлой жизни".
Основной заботой воспитателей было здоровье детей и их безопасность Им были нужны медикаменты, витамины и хорошая еда. Нужно было следить за детьми, которые подвергали себя опасности, вступая в сомнительные сделки с иранскими солдатами. Еврейская община Тегерана помогала овощами и фруктами, едой и медикаментами, которые поставлялись евреем - фармацевтом по имени Нисим-тов, спасшим зрение многих детей. Оказывали поддержку Джойнт, Хадасса, Еврейское агентство. Еврейские солдаты, служившие в Британской Армии, и находившиеся в Иране, приходили к детям с подарками и сладостями.
Нельзя было требовать от инструкторов и воспитателей, сопровождавших детей из Тегерана в Эрец-Исраэль большего, чем они сделали. Они были преданы детям и самоотверженно работали, не имея никакого личного времени. В воспоминаниях некоторых молодежных инструкторов описывается Йом-Кипур 1942 года, о котором они не могли вспоминать без содрогания, когда все, и дети, и взрослые, провели целый день в рыданиях по своим погибшим и пропавшим без вести родным и близким. Ситуация тогда была очень тревожной: родственники многих детей оставались в Польше, откуда приходили плохие новости. Армия Роммеля достигла Египта и угрожала Палестине. После этого дня молодые воспитатели особенно остро осознали, насколько важно организовать детей, создать для них определенные рамки, занять полезной деятельностью, отвлечь и развлечь.
Невзирая на погоду, каждое утро проводилась зарядка. Разучивались израильские песни. Благополучно прошел "День независимости" – день самоуправления, когда все инструктора и педагоги не без опасения ушли в город, оставив на целый день детей самостоятельно управлять детским домом. Был организован пошивочный цех. Шили и подгоняли одежду, подаренную детям. Девушки, умевшие вязать, обучили этому всех желающих. Вязали свитера на зиму. Готовили праздничную одежду для прибытия в Палестину. Детям было очень важно, приехав в Эрец-Исраэль, не показаться жалкими. Многие не носили подаренной им одежды, с тем, чтобы надеть ее по прибытию в Атлит.
Некоторые еврейские дети, оказавшиеся в польских приютах в Иране, отказывались признаться в том, что они евреи. Дети думали, что для выживания лучше считаться поляками. Некоторые, особенно маленькие, нравились воспитателям. Таких детей, похожих на поляков, руководство польских детдомов старалось не отдавать евреям и готовило к крещению, подкупая красивой одеждой и подарками. Неоценимую помощь в распознавании еврейских детей в польских детдомах, оказывали польские дети. Они моментально показывали на "жиденят, воняющих луком", хотя лука там и впомине не было. Еврейских детей часто обижали в польских детдомах. Между польским и еврейским детскими домами, находившимися по соседству, постоянно происходили конфликты. Частым явлением было забрасывание друг друга камнями.
Бывали ситуации, когда старшие дети находили в польских детских домах своих младших братьев и сестер, но те категорически отказывались признать их, притворяясь, что они поляки и не знают идиш. Некоторые не признавались сразу, но приходили позднее…
В книге, написанной Дворой Омер по воспоминаниям Давида Лаора (Лаунберга), приводятся несколько историй, связанных с такими драматическими ситуациями:
мальчик Шламек нашел в польском детском доме свою шестилетнюю сестру Диту, исчезнувшую из больницы в Пахлеви, но та утверждала, что она полька по имени Кристина и категорически отказывалась признать брата и уйти с ним в еврейский детский дом. Мальчику правдами и неправдами удалось заставить ее признать его, и она согласилась перейти в еврейский детский дом только вместе со своей подружкой Софией. Та тоже сначала отказывалась, утверждая, что она католичка и показала крест. Когда девочка вынимала крест, выпала прикрепленная к нему записка, написанная на идиш ее матерью, где были указаны имя и фамилия девочки и ее родителей. Поляки отказывались отпустить девочку, утверждая, что записка сфальсифицирована и тогда Софию попросту выкрали из детского дома и вписали в сертификат девочки, умершей в больнице. Незадолго до отъезда детей из Тегерана, Софию нашел ее отец, служивший зубным врачем в польской армии. Девочка рассказала ему, как маме, в обмен на все ее драгоценности, удалось посадить ее с братом на поезд, покидавший Россию, к детям из польского детдома. Мать надела на детей крестики. По дороге мальчик выдал себя, заговорив на идиш, и его вышвырнули из поезда. Девочка сделала вид, что не имеет к нему отношения, осталась в поезде и добралась до Тегерана. Отец и дочка плакали о брате и матери, не зная, живы ли они.
Многие родители и дети искали друг друга, но далеко не все находили....
Долгие переговоры об отъезде детского дома в Палестину наконец увенчались успехом, но тут же возникли новые проблемы. Для многих детей отъезд из Тегерана оказался стрессом. Он означал утрату надежды на воссоединение с близкими, поскольку беженцы продолжали прибывать в Иран. Дети и хотели уехать в Эрец - Исраэль, и боялись этого. Их вера в людей была подорвана. Они привыкли не доверять ничьим обещаниям и скептически относились к любым видам пропаганды.
Тем не менее, по мере приближения к отъезду, все больше еврейских детей стало приходить из находившегося неподалеку польского детского дома. Над некоторыми из них издевались польские дети. Детей привлекали еврейские песни, спортивные упражнения по утрам, и новая одежда, напоминавшая форму, выданная воспитанникам незадолго до отъезда. Когда стало известно, что еврейские дети едут в Эрец-Исраэль - на свою родину, поляки начали им завидовать, - ведь их-то должны были отправить в Африку.
В январе 1943 года Еврейское Агентство зафрахтовало корабль и наконец-то получило разрешение на иммиграцию от Британских властей. Началась эвакуация палаточного городка. Дети перебрались в Афхаз а затем в Иранский порт Бендер-Шапур. Оттуда на корабле их переправили в Карачи (тогда Индия). Такой маршрут был выбран из-за отказа Ирака гарантировать транзитную визу через Ирак. В Карачи они на другом судне добрались до Суэца (Египет). Проехав на поезде через Синай, они провели два дня в карантине в Эль-Арише, и, наконец, после 4 лет скитаний 18 февраля 1943 года прибыли на поезде в Атлит (предместье Хайфы). Вторая группа - около 110 детей прибыла через Ирак в августе 1943 года.
Путешествие из Тегерана в Атлит, продолжавшееся около 2-х месяцев, было долгим и мучительным. В течение этого времени семь детей умерли, не выдержав тягот пути.
Во время плавания дети страдали от инфекционных заболеваний и морской болезни, нервничали, часто впадали в панику, некоторые угрожали выпрыгнуть за борт. В книге Дворы Омер, написанной на основе воспоминаний Давида Лаора, ответственного за отправку детей в Палестину, он вспоминает, как капитан корабля сообщил ему, что в течение ночи корабль будет проходит через заминированное зону, и в такой ситуации, детей следует поместить в отдельный отсек, надев на них спасательные жилеты. Давид понимал, что если детям сообщить об опасности, они просто впадут в панику, обезумеют от страха и могут выпрыгнуть за борт. После тяжелых колебаний он решил взять ответственность на себя и не сообщать об этом ни детям, ни воспитателям. Всю ночь он с ужасом ожидал катастрофы, но все обошлось и корабль благополучно вышел из заминированной зоны
Когда 18 февраля 1943 года 369 взрослых и 861 ребенок, из них 719 сирот и 142 ребенка с одним или обоими родителями, добрались до Палестины, еврейский ишув встречал их с огромным энтузиазмом и радовался их приезду как чуду.
Молодежная Алия –"Алият а-Ноар" - выполнила главную задачу: помогла детям приехать в Эрец-Исраэль и стать гражданами ишува. Этого хотели и сами дети.
Дети довольно быстро освоились, старшие преодолели пробел в своем образовании, приостановившемся на 4 года, когда вместо учебы они боролись за выживание. Многим было нелегко найти общий язык со своими сверстниками, у которых было нормальное детство. Некоторые, помня о страшном голоде, поначалу запасали еду и прятали ее под матрасами.
У бывших польских беженцев были и проблемы, связанные с прокоммунистическими тенденциями, бытовавшими в ишуве. То, что произошло с "Тегеранскими детьми" в Германии было трагично, но кратковременно. Меньше, чем через месяц, они оказались на территории Советского Союза, И именно с Советским Союзом и его коммунистической идеологией было связано более трех самых трагических лет их жизни. Именно в СССР они голодали, скитались, их нещадно эксплуатировали и, наконец, живя в СССР многие из них осиротели.
"Тегеранские дети" выросли, создали семьи, скорбь об утратах и печальные воспоминания отодвинулись в прошлое. Они завершили свое образование и восстановили веру в человечность. Все они стали лояльными гражданами возникшего в 1948 г. Еврейского государства, образованными людьми, внесшими вклад в развитие израильского общества, экономику и армию. Среди этих "детей" писатель Бен-Цион Томер, генералы, раввины...
Не все спешили делиться воспоминаниями о своем детстве.
Некоторые из них открыли свою принадлежность к "Тегеранским детям", помогая внукам писать работу об их "корнях"... "
Subscribe

  • И снова про птиц

    Вот такая картинка нарисована на стене соседнего супермаркета . Картина такая... большая. Автор многое хотел сказать о прошлом настоящем и будущем…

  • О птичках, кстати :-))

    Я тут грозилась писать о птичках и не пишу. Это не потому, что я их не ищу и не разглядываю, не потому что я их не определяю и даже не потому, что я…

  • Кстати о птичках

    Во мне когда-то умер орнитолог. В метафорическом смысле этого слова :-)) Ну т.е. я хотела заниматься биологией, но решила, что этим много не…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 11 comments

  • И снова про птиц

    Вот такая картинка нарисована на стене соседнего супермаркета . Картина такая... большая. Автор многое хотел сказать о прошлом настоящем и будущем…

  • О птичках, кстати :-))

    Я тут грозилась писать о птичках и не пишу. Это не потому, что я их не ищу и не разглядываю, не потому что я их не определяю и даже не потому, что я…

  • Кстати о птичках

    Во мне когда-то умер орнитолог. В метафорическом смысле этого слова :-)) Ну т.е. я хотела заниматься биологией, но решила, что этим много не…